Об исследовании (Меморандум)

Общая информация
Цель и методы исследования
Собственность и контроль
Определение размера предприятия
Полученная база данных
Крупные бизнесс-группы
Основные результаты
Дополнительные замечания

Общая информация

В исследовании концентрации собственности в российской экономике в рамках подготовки Всемирным банком Меморандума об Экономическом Положении России (PDF, 1.6 Мб) были собраны мнения отраслевых аналитиков, инвестиционных банкиров, страховых компаний и других экспертов, обладающих знаниями о реальных цепочках контроля в российском корпоративном секторе. Таким образом, данные, представленные в данной базе, не претендуют на статус информации о распределении прав собственности в юридическом смысле. Они отражают представления основных рыночных агентов о распределении прав собственности в России на начало лета 2003 г.

Цель и методы исследования

Цель исследования заключалась в определении истинных масштабов концентрации контроля над российскими предприятиями. В частности, необходимо было выявить конечных собственников контрольных пакетов акций отобранных компаний. А также степень контроля данных собственников над ведущими сегментами экономики. Исследование проводилось в три этапа.

Во-первых, были отобраны отрасли экономики. Основным критерием отбора были размеры отрасли с тем, чтобы охватить как можно большую часть экономики. Кроме того, несколько секторов и отраслей было отобрано с учетом их стратегического значения (например, банки и средства массовой информации). Важно отметить, что отбор не зависел от степени концентрации собственности и контроля предприятий внутри какого-либо сектора, т.е. мы старались избежать смещения выборки в сторону высококонцентрированных отраслей.

На втором этапе была сформирована начальная выборка предприятий. Исследование началось с уровня «отдельных предприятий» – производственных единиц, так как структура собственности (которая и определяет границы фирм) должна была быть выяснена в процессе исследования. И вновь критерием отбора стали размеры: для выборки в каждой отрасли были определены крупнейшие предприятия. Этот подход не был основан на предположении о том, что крупные предприятия с большей вероятностью являются собственностью крупнейших бизнес-групп: мы не знали этого априори, как и того, контролируют ли крупнейшие бизнес-группы крупные отрасли (например, через крупные предприятия). Причиной отбора крупных предприятий было желание обеспечить максимальный охват каждой отрасли по критерию занятости и продаж. Эта процедура фактически означала предположение о том, что крупнейшие бизнес-группы контролировали только крупные предприятия. Таким образом, была задана нижняя граница концентрации, которую можно обнаружить: если крупнейшие бизнес-группы контролируют малые предприятия, не включенные в выборку, то реальная концентрация контроля предприятий в экономике в действительности выше, чем следует из наших выводов.

Однако такой подход был чреват опасностью серьезно недооценить размер продаж той или иной бизнес-группы из-за недоучёта продаж контролируемых ими небольших компаний. В частности, из-за схем трансфертного ценообразования, которые в рассматриваемый период обычно реализовывались с помощью небольших торговых компаний, учёт их операций оказался важным для определения истинных (консолидированных) денежных потоков многих сырьевых компаний. Чтобы получить более реалистичный рейтинг российских бизнес групп, нам пришлось скорректировать первоначальную выборку, учтя различные центры прибыли и торговые компании, которые казались слишком мелкими для включения в неё.

На третьем этапе началась практическая работа, т.е., исследователи приступили к определению (a ) основных собственников, контролирующих каждое предприятие, а также доли, находящейся в их собственности; и (b ) всех дочерних компаний каждого предприятия. Это, в свою очередь, привело к расширению первоначальной выборки за счёт компаний-собственников тех предприятий, которые попали в первоначальную выборку, а также дочерних компаний последних. Такие цепочки замыкались сверху определением «конечного собственника» или «контролирующей стороны» и снизу на последнем уровне дочерних компаний первоначально отобранных предприятий. Конечной контролирующей стороной могло быть как отдельное лицо, так и деловой альянс или корпоративная единица из следующих категорий:

• федеральное правительство;
• региональные администрации;
• иностранные структуры и лица;
• крупные частные российские собственники ;
• прочие частные российские собственники.

В категорию «федеральное правительство» включены все работники федерального правительства и организаций федерального правительства. В этом случае было сделано допущение о том, что руководство всех государственных предприятий, включая Газпром, Роснефть, РАО ЕЭС, Транснефть, МПС, Аэрофлот и ФГУП «Севмаш» (но не ограничиваясь ими), полностью контролируется федеральным правительством и что государственные служащие, по своим функциям не связанные с коммерческими предприятиями, действуют исключительно как представители федерального правительства, а не как частные собственники.

Собственность и контроль

Учитывая проблемы корпоративного управления в России, мы предложили не проводить различия между степенью концентрации собственности и контроля. В некоторых случаях респонденты испытывали трудности при определении точных пределов формальной собственности в связи с непрозрачностью схем собственности в России, тогда как степень контроля гораздо легче поддавалась определению. Более того, для целей данного исследования имеет значение скорее концентрация контроля, чем концентрация формальной собственности. Однако, поскольку вопросник включал вопросы о степени контроля, респондентов просили указать, обусловлен ли контроль степенью собственности или объясняется другими соображениями. Объем продаж и численность работников распределялись между собственниками пропорционально их доле контроля над предприятием.

Определение размера предприятия

Другая проблема была связана с тем, что данные об объемах продаж в масштабе всей экономики, необходимые для того, чтобы поместить нашу выборку в нужный контекст (т.е., общеэкономические данные с использованием таких же определений отраслей и такого же охвата, как включенные в выборку отрасли), можно было получить только для промышленности. Несмотря на то, что данные по объемам продаж были получены для большинства непромышленных предприятий, включенных в нашу выборку, обычно отсутствовали данные общеэкономического уровня, с которыми их можно было бы сопоставить. С другой стороны, данные об уровне занятости в масштабах экономики можно было получить для сопоставимых отраслей из материалов Обследования населения по вопросам занятости (ОНВЗ). Данные ОНВЗ дают хорошее представление об общей численности рабочей силы, поскольку включают и малые предприятия. С учетом этих ограничений мы использовали данные о численности работников для всей выборки предприятий в различных секторах экономики (кроме банков) и данные об объемах продаж в качестве показателя объема производства только для предприятий отраслей промышленности. Размеры банков определялись на основе объема их активов.

Полученная база данных

В результате сбора информации была получена уникальная база данных, дающая всестороннее представление о распределении собственности/контроля в российской экономике. База данных включает информацию о почти 2,6 тыс. предприятий, банков, частных лиц, деловых групп и государственных учреждений. Было отобрано 45 отраслей, поскольку они играют важную роль в российской экономике, и для них легко определить рынки продукции. Выборка включает крупнейшие предприятия в этих отраслях, и на этой основе мы смогли определить довольно значительную степень контроля для 1700 предприятий, на которых работают 4,3 млн. человек. Общий объем продаж для включенных в выборку промышленных предприятий отраслей составил 5,2 трлн. рублей (как отмечалось выше, мы не использовали данные об объемах продаж для других секторов экономики). По сравнению с полным Реестром данных Госкомстата по российской промышленности за 2001 г. (который включает более 150 000 предприятий), наша выборка охватывает 22% численности работников, занятых в промышленности, и 57% объема промышленного производства.

Для среднего предприятия из выборки численность работников составила около 2527 человек, и объем продаж был равен 105 млн. долл. США. В среднем мы можем объяснить около 88% контроля над промышленными предприятиями при взвешивании по численности работников и 92% при взвешивании по объему продаж. Данные по собственности и контролю приводятся по состоянию на 1 июня 2003 г.

Таблица 1 Данные по отраслям и данные выборки 

 Крупные бизнес-группы

Для составления списка крупнейших бизнес-групп на основе размера предприятий, определяемого по данным о годовом объеме продаж и численности работников, в выборке были выявлены самые крупные частные собственники. К ним были отнесены все российские частные собственники или группы собственников, под чьим контролем находился либо объем продаж на сумму не менее 20 млрд. руб. (700 млн. долл. США, или 0,4% от общих продаж выборки), либо не менее 20 000 работников (0,5% общей численности работников, занятых на предприятиях, включенных в выборку).

В результате был составлен список из 22 крупнейших частных российских собственников, который в целом соответствует традиционному представлению о крупнейших бизнес-группах. В число этих 22 входят все крупные частные собственники, которые (i ) владеют контрольным пакетом акций предприятий в нескольких регионах; (ii ) обсуждаются и упоминаются в прессе как наиболее влиятельные и/или богатые держатели активов в России; и (iii ) играют заметную роль в федеральной политике или активно лоббируют свои интересы.

Основные результаты

22 бизнес-группы контролируют 45% продаж и 47% занятости выборки – по обоим показателям это больше, чем все остальные частные собственники вместе взятые. Возникает вопрос, насколько репрезентативна выборка, т.е. насколько результаты исследования верны для всей экономики. С точки зрения занятости, мы предполагаем, что фирмы из выбранных отраслей, которые не попали в выборку, слишком малы, чтобы иметь отношение к основным бизнес-группам. Что касается тех отраслей, которые не попали в выборку, нет априорных причин предполагать, что выборка может быть нерепрезентативной, так как критерии отбора секторов для включения в выборку никак не были связаны со степенью концентрации собственности в этих секторах.

Если предположить, что в категорию «прочие собственники» включены фирмы, для которых не удалось определить, какую долю контролирует тот или иной собственник, и фирмы, не попавшие в выборку, то можно получить нижние границы долей занятости и продаж, контролируемых разными группами собственников. Таким образом, 22 крупнейших собственника контролируют по меньшей мере 20% занятости и 39% объема продаж.

Самому сильному контролю со стороны представителей большого бизнеса, безусловно, подвергается промышленность. В промышленности (32 выбранные отрасли) финансово-промышленные группы контролируют 38,8% объема продаж, в то время как взятые вместе федеральные и региональные органы власти держат под своим контролем (большая часть которого является федеральным) 24,5%, а доля иностранных компаний составляет 5%. На прочих собственников приходится 31,5%.

Концентрация контроля является более низкой, если рассматривать ее в контексте занятости: представители большого бизнеса и их группы контролируют 20% занятости в отраслях промышленности, охваченных нашей выборкой. Доля занятости, контролируемая федеральной и не в столь больших масштабах региональными властями, а также иностранными собственниками тоже меньше, чем контролируемые ими доли, измеряемые объемом продаж.

Дополнительные замечания

Во-первых, несмотря на то, что данные о собственности и контроле предприятий в основном относятся к середине 2003 г., данные по продажам, численности работников и активам относятся к 2001 и 2002 гг., поскольку отсутствуют более поздние данные по большинству предприятий, включенных в выборку. Таким образом, показатели деятельности предприятий основываются на данных о продажах и занятости более ранних лет. Другими словами, нам пришлось предположить, что изменения структуры контроля предприятий между 2001, 2002 и 2003 гг. были незначительными. Учитывая недоступность данных, это допущение было неизбежным, но допустимым, т.к. наиболее активная фаза приватизации и консолидации к этому времени уже завершилась.

Во-вторых, данные о концентрации собственности на основе объема продаж получены с использованием укрупненных показателей пятизначной классификации отраслей народного хозяйства, приведенных в Российском реестре промышленных предприятий (итогах переписи средних и крупных предприятий), в котором не учитывается объем продаж мелких промышленных предприятий (в совокупности около 20% объема продаж промышленного сектора). Поэтому при прочих равных условиях в полученных результатах несколько переоценивается уровень концентрации, однако, только в случае использования данных об объемах продаж. Результаты, относящиеся к концентрации занятости, основаны на данных проводящегося Госкомстатом Обследования по вопросам занятости, которое охватывает все виды экономической деятельности (включая незарегистрированных работников). Доли крупных собственников в небольших компаниях, которые могли не попасть в выборку (в соответствии с правилами отбора) предполагает незначительное занижение степени концентрации, независимо от того, измеряется ли она по занятости, или по продажам.